Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

centaurito

Жили у бабуси два весёлых...

Да. Именно эту песенку детскую я и вспомнил, увидев прилагаемую картинку.
Collapse )
Итак, жили у бабуси два весёлых... а собственно, это вообще кто? Что за птицы-то вышиты? Ума не приложу, спасите-помогите. :)

Вопрос не без лукавства, впрочем, поскольку этнос/культуру/дату при этом всем желающим предлагается угадывать самостоятельно. И как это согласуется с местным фольклором, тож интересно. ;)

(подсказка, вдруг поможет: это рубаха такая была, а картинки были на груди, и расставлены в оригинале шире, я вырезал лишнее)
  • Current Music
    вот эта самая песенка и напевается
  • Tags
centaurito

Древняя пустота

Подземная пустота в археологии — редкость. Земля заполняет всё, её волочат за собой насекомые, грызуны, корни, наконец, вода — и пустоты под землёй не остаётся. Но уж если она осталась — она имеет запах, вкус и даже, может быть, цвет. Это не зараза — покамест все разговоры про древние возбудители таинственных болезней оказывались пшиком; это что-то иное, всегда холодное и даже, кажется, плотное.
Collapse )
Вот сосуд, в котором в течение тринадцати веков обитала пустота. Это погребальная урна с Арбанского чаатаса (опять я свой любимый чаатас рекламирую, пора бы и сменить пластинку, пожалуй), в которой покоился пепел сожжённого ребёнка (тут меня недавно спрашивал какой-то аноним про детские сожжения у кыргызов — так вот оно, опознано по кальцинированной заведомо детской косточке). Урна стояла в узкой ямке, была перекрыта каменной плиткой, а на дне этого глубокого сосуда и находился прах, слоем сантиметров в пять, не больше. А от праха до плитки и хранилась древняя подземная пустота. Когда я снял плитку-перекрытие, пустота эта выдохнулась из сосуда прямо мне в лицо, овеяла холодом и немножко даже, казалось, сыростью, хотя день был жаркий, и прогрелись насквозь даже самые массивные камни окрестных погребальных оград. Я не романтик, в общем-то, и уж точно не мистик, но нечто этакое меня тогда пробрало, честное слово. Суровый, видать, ребёночек-то был, весь в родителей.

Публикуется, ясное дело, впервые.
centaurito

Как было и как стало

Наткнулся на форуме сайта kyrgyz.ru на грустную тему про околонаучные баталии в Абакане, Бутанаев там на Тугужекову обиделся и устроил публичную разборку со сливом ругани в прессу. Это ещё не самая бурная грызня - на фоне, например, перепалки Худякова с Кубаревым (ссылки даю не на оригинал, — он в сети есть, но серверок там настолько тормозной, что лучше о нём и не думать) — это просто детский лепет; но вот почему-то обидно мне, что в такие выяснялова ударился именно Бутанаев. Потому что собственные воспоминания о нём у меня светлые и радостные.

Тогда, в 80-х, он ещё не был ни доктором, ни профессором, ни завкафедрой. Он был просто здоровенным, шумным и весёлым дядькой, который заявлялся в экспедиционный лагерь и ко всеобщему восторгу превращал его в чёрт знает что — с хохотом, пьянками, всякими симпатичными байками и научными дискуссиями одновременно. Как-то трудились у нас абаканские студенты, то есть преимущественно студентки, и среди них — этакая миниатюрная красавица-хакасочка, то ли дочь, то ли племянница какого-то местного бонзы; вела она себя крайне скромно и вежливо, вся такая чистенькая и аккуратная, с достоинством и без чванства — словом, вполне желанный в экспедиции человечек. И как раз приехал к нам Бутанаев. Разумеется, немедленно началось — тосты, песни, байки, выкрикивание ёмкого хакасского слова “Че!” и так далее, а потом Бутанаев, утратив способность поглощать угощение, решил пойти спать, но — надо же такому случиться! — перепутал палатки и ввалился аккурат к этому миниатюрному начальственному ребёнку, бухнулся на спальник и ну его уминать могучим своим туловищем. Умяв как следует, мирно задрых, так и не заметив под собою несчастную юную леди — а она в страхе и в отчаянии кое-как выкарабкалась и, естественно, немедленно уехала навсегда. Бутанаев же, проспавшись, вылез поутру из палатки, с хрустом потянулся и стал наслаждаться хорошей погодой и пейзажем — а было всё это на благословенном урочище Арбан, пейзажи там и впрямь хороши до невозможности — и никак не мог поверить, что чуть не расплющил невинное дитя.

Курировавший абаканских студентов Андрюша Готлиб по поводу этого происшествия чрезвычайно переживал и ответственно порывался что-то этакое предпринять и поправить, но многоопытный Глебыч, тогда ещё не профессор Савинов, но уже вполне умудрённый жизнью начальник СЕАЭ, отвёл Готлиба в сторонку и объяснил, что налицо внутриэтнический вопрос, нечего выводить его на международный уровень — ты ведь немец, я — русский, а они оба — хакасы; ну и чего мы тогда в это полезем со своей ответственностью, они сами разберутся, без нас. И ведь разобрались как-то, мирно и по-хорошему, без последствий.

Теперь, как следует из вышеприведённой ссылки, разбираются иначе. Увы.